Главная Интервью "Крузенштерн". Гордая птица

"Крузенштерн". Гордая птица

5-kruz-2

Из воспоминаний
Впервые мне довелось увидеть прекрасный четырёхмачтовый парусник «Крузенштерн» в 2011 году в Таллине во время праздника Дней моря. С раннего утра я спешила, чтобы подняться на его борт, и уже в тот момент я чувствовала, что эта встреча не случайна. С ним, сопротивляющимся ветру, я ассоциировала свою жизнь, состоящую из бурей и штилей, – всё как в море. 

Барк, имеющий почти вековую историю и столько пройденных миль, до сих пор принимает участие и побеждает в морских регатах, он совершил Международную трансатлантическую экспедицию и две кругосветки, как когда-то в 1803–1806 гг. совершил своё первое кругосветное путешествие Иван Фёдорович Крузенштерн. 

  1. Долгожданная встреча

В конце прошедшего года в Москве состоялась встреча с замечательными людьми, представителями экипажа парусника «Крузенштерн». Среди них капитан-наставник Михаил Новиков, капитан Михаил Ерёмченко, старший помощник капитана Павел Старостин, старший помощник капитана по учебной работе Сергей Усанков, боцман второго грота Александр Лесников, парусный мастер Игорь Майоров. У каждого – своя работа, ответственная и интересная. Это люди с бесценным опытом служения морю, флоту. И с кого же, как не с них, брать пример молодым курсантам, что проходят здесь свою практику, свою школу жизни. Именно сейчас, на этапе юности, формируется их характер, предпринимаются попытки принять решение о будущей профессии. Но, наверное, желание учиться на «морского волка» всё-таки начинается с тяги к морю, с традиций семьи. Никто не исключает, что страсть к морской стихии появится после однажды совершённого похода в отчасти суровых и отчасти романтических условиях.
«Почему люди идут на “Крузенштерн”»? – актуальный вопрос, который и стал темой встречи, организованной «Клубом Путешествий Михаила Кожухова». Сама встреча – бесценный подарок для тех, кто уже однажды, став частью экипажа, прошёл под парусами «Крузенштерна», и для тех, кто об этом только мечтает. 
Однажды Михаил Кожухов впервые попал на барк, а потом… Потом не мог не вернуться, и теперь он раскрывает для людей, решившихся пойти под его руководством в экспедицию, то, что можно постичь только в этом уникальном, созданном под парусами, мире. И сегодня он мастерски объединил всех в одну команду и провёл встречу, напоминающую скорее чаепитие единомышленников и добрых друзей в отсутствие парусных авралов, конечно, когда задаются вопросы, звучат мнения и философские размышления, рассказываются жизненные истории, где травят анекдоты и вспоминают курьёзы, где не существует недомолвок и неуважения, а есть лишь цель и багаж новых открытий и впечатлений. 
У каждого члена экипажа припасена своя история, каждому есть чем поделиться с нами и что вспомнить. Поговорим? 
5-kruz-4

– Что заставляет людей возвращаться на «Крузенштерн»? 
– Это «вирус “Крузенштерна”», – уверен капитан Михаил Ерёмченко. – Стоит им заболеть, и он уже не отпустит. Я не думал, что буду ходить на паруснике и что стану капитаном, хотя любой мальчишка об этом мечтает. Я здесь уже 20 лет, и если говорить о том, что всё-таки держит, то, прежде всего, это люди, которые у нас работают, атмосфера, которую они создают, и атмосфера самого корабля. «Крузенштерн» – российское судно, и когда находишься за границей и каждое утро видишь, как поднимают российский триколор, выстраивается экипаж…
– На судне тёплая семейная обстановка, и среди членов экипажа это ярко выражено, – дополняет старший помощник капитана по учебной работе Сергей Усанков. – Ребята, которые к нам приходят, попадают в команду радушных и добрых людей, которые работают на совесть. А работа непростая, но она ладится – всё делается легко, с энтузиазмом… Думаю, это не может не подкупать. 
Сергей Геннадьевич пришёл на барк в 1995 г., в период кругосветного плавания, и всё оценивал с позиции военной службы – он военный моряк: 
– Я понимал, что попал на хорошее, организованное судно, но здесь всё по-другому: та же дисциплина, без неё нельзя, но при этом добрые взаимоотношения между командующим составом, между курсантами. Это величественное судно меня несколько переделало, воспитало. И быть волшебником, занимаясь досугом курсантов, меня научило это судно, начиная с самого начала моей работы здесь. Пять раз пересечь экватор и организовать театрализованный праздник с участием всего экипажа, каждый раз создавая новый сценарий. Да, тут нужно было потрудиться, но никто никогда не отказывался от участия – было интересно. 

– Мы приезжаем, такие городские, а когда видим, как ставят паруса, все улетаем от этой красоты… А у каждого на судне своя работа, и так многие годы. Осталось ли в вашей жизни место для восторженности и романтики?

– У всех по-разному, – считает капитан-наставник Михаил Новиков. – Чтобы не потерять эту нить, нужно выходить из зоны комфорта и делать то, что обычно не делаешь: например, устраивать конкурс художественной самодеятельности, гонки на шлюпках или что-то иное, смысл которого осознаёшь только после того, как сделаешь. И тогда понимаешь, остался ли в тебе дух авантюризма, романтизма или нет. Ощущается ли это со стороны, или нас видят людьми в форме, выполняющими исключительно свои обязанности? Думаю, об этом могут сказать те, кто ходил с нами в экспедицию.
Сказано от всего сердца: «Это настоящие люди, которые каждый день качественно и ответственно делают гораздо больше, чем их работа, им можно полностью довериться. В обычной жизни таких людей встречаешь редко. И авантюризм у них есть, и мощная энергетика, и хочется видеть их снова и снова». 
«А как же романтика?» – спросите вы. А с романтикой дела обстоят так, как сказал Михаил Ерёмченко: «Наша первостепенная задача – воспитание молодых ребят, которые в нам приходят. Конечно, есть место и патриотизму, и любви к Родине, и необходимым знаниям, но любовь к морю – прежде всего. Курсантов и вас, уже «крузенштерновцев», мы влюбляем в море. Скажите, разве неромантики могут этим заниматься?» 
Сказано от всего сердца: «Лучшее доказательство тому, что романтика существует, – это парусный аврал под жутким дождём. Михаил Вячеславович, капитан-наставник, душа нашей компании, стоит вместе с нами под дождём и заворожённо наблюдает, как ставятся паруса. И в этот момент он говорит: “Что вы здесь делаете, понятно, а что я здесь делаю?” – и тут понимаешь, что романтика есть».
5-kruz-3

О капитанах
– К любому члену экипажа можно применить такое выражение: «На судне есть капитан и всё остальное». Вот ты – это всё остальное. Каждый за всё. Это называется команда, – старший помощник капитана Павел Старостин отвечает за свои слова. 

– Когда ты понял: «Да, я могу заменить капитана»?
– Должность старшего помощника предполагает, что ты в любой момент должен быть готов заменить капитана и принять на себя командование судном. Я не готовлюсь заменить капитана, я готовлюсь им стать, а как это произойдёт… будет видно.

– Каждый приходит к этому по-разному, – продолжает Михаил Новиков. – Можно стать капитаном, потому что время пришло, потому что очень хотел, а можно стать кэпом, оттого что по-другому не можешь. Это самое большое чувство, которое ты испытываешь, когда ты самый главный на паруснике! 
Верёвки и паруса. Первая заплатка новоиспечённого парусного мастера

Игорь Майоров пришёл на «Крузенштерн» на должность плотника, в функции которого входило отвечать за трубопроводы, питьевую воду, работу сантехники и пр.: 
– Капитаном тогда был Олег Константинович Седов, и первым делом он спросил меня: «Ты гвоздь в доску сможешь забить?» «Забью», – заверил я. «Ну всё, будешь плотником». Так я стал работать на этом судне… Я впервые столкнулся с задачей отремонтировать парус, и это было нелегко, потому что я просто не умел это делать. Так случилось, что парусный мастер заболел и не пошёл в рейс. Мы вышли, и нужно было ставить паруса – а где ещё эти паруса находятся? Ладно, с горем пополам мы их нашли. Я стал поднимать парус (нижняя бизань), а прямо посередине дырка. Ну как можно вешать парус с такой дыркой? Ладно, – думаю, – сейчас возьму нитку с иголкой и зашью стежками, поставлю заплатку. В общем, при первой же возможности пришлось срочно учиться шить на швейной машинке!»
– Я начинал матросом на Дальнем Востоке, потом стал боцманом. На «Крузенштерне» для меня всё остальное, кроме верёвок и парусов, было неново, – говорит боцман второго грота Александр Лесников. – А верёвки и паруса… – что-то необъяснимое, феерическое, особенно первые дни, когда я не понимал, что я делаю: туда побежал, там взял… То же самое сейчас происходит с курсантами. Наверное, многие, кто приходят на судно впервые и видят, сколько там верёвок, не только не запоминают, но и не понимают, почему их так много и для чего они нужны. И как, скажите, в рамках десятидневной программы втолковать курсантам всё, что они должны знать, в том числе куда им нужно бежать? Я больше года был матросом, учился, и только когда ко мне это пришло, я заменил боцмана, стал боцманом и смог и могу за эти десять дней объяснить курсантам, что знаю.
Правила дорожного движения в море

– Главное – проехать так, чтобы ни с кем не столкнуться. Насколько наши внутренние и международные правила помогают или мешают вам жить?

– Контролирующих органов много и в России, и за рубежом. Основная международная организация, Port State Control, осуществляет функцию надзора и в любой момент готова провести проверку судна, есть определённый порядок, – говорит Михаил Ерёмченко. – У нас тоже всё серьёзно: в российском морском регистре судоходства, который выдаёт документы кораблям, работают настоящие профессионалы своего дела. Поэтому большие аварии на море под российским флагом редки. Однако, по статистике, во всём мире ежегодно гибнет 300 судов, и, к сожалению, эта статистика не уменьшается, несмотря на предпринимаемые меры, и на 90 % это человеческий фактор. Другая организация – это российский портовый надзор, который выпускает суда непосредственно в море. Там тоже работают достойные люди, которые досконально проверяют документацию и проводят визуальные осмотры. За последние пять лет у «Крузенштерна» не было никаких замечаний, последняя проверка проводилась в ноябре 2015 г. Безопасность мореплавания – наша ежедневная обязанность и кропотливый труд. Для этого и существует сплочённый экипаж «Крузенштерна», который ежегодно работает на ремонте и готовит судно к выходу, чтобы ходить в море было безопасно.
 
О роли технических возможностей, или А можно постоять на руле?

– На «Крузенштерне» нет ни одного паруса на электроприводе, хотя это можно было бы легко сделать. Давайте поставим мотор! 

– «Крузенштерн» – один из последних в своей серии винджаммеров. Это настоящий парусник, на котором всё делается вручную, как это делалось 91 год назад, – таков ответ капитана.
– Поставить электропривод? – удивляется Сергей Усанков. – Такого не будет. Вы видели большой штурвал впереди, рабочий штурвал, на котором курсанты несут четырёхчасовую вахту? Когда мы поставили автоматический рулевой привод, те люди, которые там работали, сказали: «Вообще зря это сделали. Был кайф – постоять на руле, порулить вручную». Так что это лучший навык, который получают курсанты, самое желанное, настоящий драйв.

О любви и нелюбви к работе

Игорь Майоров: 
– Не люблю заниматься ремонтом нижних парусов, они тяжёлые, и если требуется зашить дырку где-то посередине, то представьте, каково это – перетянуть десять метров через швейную машинку!
Александр Лесников: 
– Боцманом надо родиться, и я здесь на своём месте. Не люблю парусные авралы во время бани.
Сергей Усанков: 
– Если бы мне что-то не нравилось, я не ходил бы в море. С курсантами, которые поначалу многого не умеют, трудно работать и настраивать их на рабочий лад, по нескольку раз приходится объяснять... Но в конце они уходят знающими, понимающими и обученными ребятами, и от этого получаешь удовольствие. Больше всего не люблю, когда готовят гречку.
Павел Старостин: 
– У нас тонны бумаги! Когда перед отпуском я передавал дела старпома, то рассказал про каждую папочку, про каждую бумажку, и в ответ получил вполне логичный вопрос: «Когда вообще работать?»
Михаил Ерёмченко отчеканил: 
– Мне всё нравится! Я обожаю свою работу!
Михаил Новиков: 
– Мне не нравится бумажная работа, и я обеспокоен существующей тенденцией – отсутствием судоводителей, харизматичных, динамичных. Людей, которые реально способны вырасти из старпомов, становится всё меньше. Меня учил работать с парусами Геннадий Васильевич Коломенский, проработавший капитаном более 30 лет. С таким наставником легко расти – становиться грамотным и крутым, выходить в океан и в жизнь. Поэтому для судоводителя-новичка опыт такого наставника бесценен – нужно с ним походить». 

– Что нужно сделать, чтобы мы вам запомнились? И кого брать в экспедицию в первую очередь?
– Те люди, которые приходили на «Крузенштерн» и будут приходить, – неординарные люди, – заверяет капитан. – У каждого из этих людей есть свой стержень. Я вижу, как горят ваши глаза, и вижу, как вы зажигаетесь изнутри, и я запоминаю каждого. Это происходит на уровне чувства, невидимого контакта, и всегда получаешь ответную энергию, приумноженную в несколько раз. Спасибо вам за то, что вы приходите к нам и питаете нас своей энергией!
Старший помощник капитана по учебной работе уверен, что «надо дать возможность поучаствовать в экспедиции любому, кто решил попробовать себя в море».  

  1. После встречи
В тот же вечер осуществилась моя мечта: мы беседовали с Михаилом Новиковым, который продолжает по максимуму участвовать в жизни судна, но уже в роли капитана-наставника: 
– Появился внутренний запрос, и я понял, что на береговой работе могу принести больше пользы, с государственной точки зрения, чем находясь на судне. Это связано с планируемыми маршрутами, новыми интересными проектами, которые поднимают престиж наших российских парусников.
– Даже несколько дней на борту – хорошая школа жизни. Так ли это?
– В большей степени да. Это личностное испытание, прежде всего для трёхсот шестидесяти курсантов, которые ежегодно проходят практику на паруснике. И хорошо, что есть такие проекты, реализуемые в рамках образовательной деятельности, которые предоставляют им такую возможность. Это способствует развитию и сохранению престижа морских специальностей. Россия – морская держава.
– В 1946 году паруснику было дано новое имя – «Крузенштерн». Это правильный выбор?
– Иван Фёдорович – прославленный русский адмирал, внёсший большой вклад в развитие российского мореплавания. Его путешествие – знаковое и дерзкое плавание для того времени. Барк по праву носит его имя. 
– Близится круглая дата – 100-летие «Крузенштерна». Какие планы у барка? 
– Прежде всего, обеспечение плавательной практикой курсантов учебных заведений Росрыболовства. А в ближайших планах – участие в морских фестивалях, международных регатах, образовательных проектах, взаимодействие с организациями, занимающимися поддержкой Российского флота. Будем и дальше бережно хранить существующие морские традиции.
5-kruz-1 
Мы восхищаемся благородством парусов «Крузенштерна» 
и отдаём дань уважения трудолюбию всех на нём идущих и ищущих.

Текст и фото Ольги Михайловой

ЕЩЕ  Интервью
 


Свежие публикации:



Новые книги

Исторический центр Лондона

News image

С.О. Ермакова.Исторический центр Лондона.В книге рассказывается о самых известных местах на карте столицы Великобритании — одного из прекраснейших городов мира. Читатель познакомится с историей и достопримечательностями Сити, Вестминстера, Вест-Энда, прогуляется по...

Далее...
Больше в: Книги

Путеводители

Египет

News image

Долина Нила, зелная и пл дородная среди ослепительных песков Сахары, служит пристанищем для рынка специй в Асуане, храмов фараонов в Луксоре, пирамид и сфинксов Гизы. Каир соединяет настоящее и прошлое ...

Далее...
Больше в: Путеводители

Наши партнеры

Ambotis

News image

Компания "AMBOTIS TOURS ...

Далее...
Больше в: Наши партнеры